Как в семьях с детьми распреде­ля­ется ментальный труд: изучаем иссле­до­­ва­ние европей­ских социологов

Кто заберет ребенка из садика? Когда нужно сделать очередную прививку? Куда поедем в отпуск этим летом? Что, в конце концов, приготовить на ужин и какие продукты надо докупить?

Европейские исследователи решили разобраться, кто в семье отвечает не только за выполнение задач, но и за их организацию: координирует расписание, помнит о сроках, заранее продумывает возможные сложности. Результат предсказуем: чаще всего это женщины. Но мужчины уверены, что тоже вносят свой вклад.

В широком смысле ментальный труд — умственная работа по планированию, организации, координации и управлению жизнью своей и других людей. Это не физическая нагрузка, а постоянное когнитивное усилие: помнить, предвидеть, решать, напоминать, перепроверять, держать в голове множество задач и сроков. Зачастую такой труд как невидимый рюкзак. Его никто не замечает, но кому-то надо тащить, иначе все развалится: проект, быт, семья.

В семьях с детьми объем ментального труда увеличивается: взрослые отвечают не только за себя, но и за детей. Важно, например, помнить, что завтра старшему ребенку нужно положить в школу спортивную форму, младшего свозить на прием к педиатру, а еще поскорее заказать обоим обувь на весну, пока у любимого бренда скидки.

Почему ментальный труд долго не замечали. На протяжении десятилетий социологи измеряли домашнюю нагрузку главным образом в часах: фиксировали, кто сколько готовит, убирает, стирает или проводит времени с детьми. Исследования показали, что женщины в среднем занимаются этим дольше, чем мужчины.

Такие измерения учитывали только физические действия: отвезти ребенка в школу, купить корм коту, забрать подарок для бабушки на маркетплейсе. А та часть работы, которая связана с планированием, организацией и контролем, — напомнить ребенку исправить двойку по литературе, сравнить цены на кошачий корм и купить там, где выгоднее, узнать, чего хочет бабушка, и определиться с презентом — оставалась без внимания.

В 1970-е годы социолог Энни Оукли показала, что домашний труд — это не просто бытовые задачи. И дело не только во времени, которое на них уходит, но и в ответственности.

Современные исследователи пошли дальше и стали выделять в такой нагрузке когнитивную составляющую: планирование, координацию и предвидение потребностей семьи. В них привычные методы учета времени дополняют анализом того, кто отвечает за планирование и координацию задач, а не только за их выполнение.

Что изменилось. В исследовании, опубликованном в американском журнале «Брак и семья» в 2024 году, ученые из Университета Бата и Мельбурнского университета отделили ментальный труд от физического. Их заинтересовало не то, кто убрал квартиру или отвез ребенка в кружок, а то, кто решил, что уборку пора бы сделать именно сегодня, а также проконтролировал, чтобы кружок не пересекался со школьными занятиями и планами семьи.

Новизна исследования в том, что ментальный труд в нем впервые описан как отдельный, измеряемый вид работы, а не как абстрактное чувство усталости или тревоги. Авторы показали, что речь идет не о повышенной эмоциональности или склонности к переживаниям, а о конкретной когнитивной работе, без которой семья просто не будет функционировать.

В своем исследовании ученые сравнили, как обычно распределяется ментальная нагрузка между матерями и отцами. Они попытались понять, кто чаще берет на себя ответственность за управление повседневной жизнью семьи и совпадает ли это с тем, как сами родители видят ситуацию.

Для анализа использовали специальный опросник «Шкала родительской ментальной нагрузки», который включает 21 пункт. Ответы позволили оценить общий объем нагрузки и выделить два типа задач: повседневные, которые требуют постоянного контроля, и эпизодические, которые возникают время от времени. Благодаря этому стало видно, сколько работы выполняют матери и отцы и какого она типа.

За что отвечают матери. Анализ показал, что матери чаще тянут на себе ядро ментального труда — ежедневное планирование и контроль. По данным опросника, они выполняют около 71% всей ментальной работы в семье, а в категории повседневных, повторяющихся задач их доля достигает примерно 79%.

Согласно исследованию, матери чаще:

• планируют расписание всей семьи — от школьных мероприятий до отпусков, — чтобы ничего не пересекалось и всем было удобно;
• записывают на приемы и следят за здоровьем — помнят, когда и какие прививки надо делать, какие анализы сдать и когда визит к врачу;
• организуют учебу и кружки: выбирают, записывают, вовремя привозят, не забывают об оплате и расписании;
• контролируют быт — решают, что готовить, когда стирать, хватает ли продуктов и бытовых мелочей, чтобы в нужный момент ничего не закончилось;
• держат в голове все сроки и напоминают другим про дни рождения, дедлайны, родительские собрания;
• решают проблемы до того, как они возникают: пораньше укладывают ребенка перед ранней поездкой к родственникам, чтобы утром он не капризничал, или берут на прогулку запасную пару перчаток — на случай, если первые промокнут.

Эти задачи требуют постоянного внимания и ответственности. Их нельзя выполнить один раз и забыть, поэтому исследователи называют такие задачи ядром ментального труда: они обеспечивают стабильность и предсказуемость повседневной жизни семьи.

Что в основном выполняют отцы. Исследование показало, что отцы чаще вовлечены в эпизодические задачи — те, что возникают время от времени и имеют более четкие границы. В этой категории их доля достигает примерно 65%.

Согласно данным опросника, отцы чаще берут на себя:

• вопросы семейных финансов и оплату крупных счетов;
• планирование крупных покупок;
• организацию ремонта и технического обслуживания дома;
• решение разовых административных задач;
• стратегические решения.

Эти задачи требуют внимания и ответственности, но они не предполагают постоянного мониторинга. Их можно решить, закрыть и хотя бы временно к ним не возвращаться. Именно это отличает эпизодическую ментальную работу от ежедневной координации, которая продолжается без пауз.

Но эти сферы не полностью мужские. Матери сообщали, что берут на себя около 53% эпизодических задач, то есть нередко остаются вовлеченными и в них. В результате даже там, где участие отцов выше, ответственность не распределяется однозначно.

Отдельная часть исследования посвящена тому, как сами родители оценивают свой вклад в ментальную нагрузку семьи. Здесь обнаружилось расхождение: отцы чаще отвечали, что ментальная нагрузка в их семье поделена примерно поровну, а матери с таким утверждением соглашались редко. Это расхождение и стало одним из важных результатов работы.

Исследователи предполагают, что дело в самой природе ментального труда. Во-первых, люди склонны оценивать вклад через собственные усилия. Если отец активно, но вместе с тем эпизодически решает финансовые вопросы или организует ремонт, он воспринимает эту работу как значительную и затратную. У таких задач четкие границы и видимый результат, поэтому их легче запомнить и оценить как полноценный вклад.

Во-вторых, как уже упоминалось, повседневный ментальный труд менее заметен. Постоянное планирование, напоминания и контроль не выглядят как отдельные трудозатратные дела. Когда этот «невидимый рюкзак» постоянно тащит женщина, мужчина может просто не понимать его объема. Это не обязательно связано с недобросовестностью — скорее, с особенностями восприятия невидимой работы.

Авторы не измеряли прямые последствия ментального труда. Но они предполагают, что обнаруженный дисбаланс и сама природа такой нагрузки могут влиять на самочувствие женщин и отношения в семье. Вот как именно.

Растет риск материнского выгорания. Ментальная работа может быть тяжелой именно потому, что дублируется, остается в голове и не имеет четких границ. Это усиливает личный дистресс: женщины как будто постоянно находятся на дежурстве, даже если со стороны кажется, что ничего не происходит.

Работы, на которые опираются ученые, показывают, что тот, кто принимает большинство решений в семье, чаще оказывается психологически перегружен. Например, социологи из США выяснили, что чем больше на женщине лежит умственного и эмоционального труда, тем чаще она ощущает ролевую перегрузку — состояние, когда ты одна, а задач слишком много и их сложно одновременно держать под контролем. Это усиливает усталость и напряжение, вызывает ощущение постоянной неудовлетворенности жизнью.

Усиливается конфликт между работой и семьей. Когда вся умственная нагрузка лежит на одном человеке, будь то мать или отец, она размывается между работой и домом. Постоянная необходимость планировать, помнить и контролировать отнимает не только время, но и внимание. Мысли о семье продолжают занимать голову в рабочее время, а рабочие вопросы — дома. В итоге человек быстрее устает и хуже восстанавливается после работы.

Исследования социологов из Европы и США показывают, что в семьях с двумя работающими взрослыми такая ситуация чаще возникает у матерей. Именно они продолжают думать о семейных делах на работе и, наоборот, приносят рабочее напряжение домой. В результате это может мешать карьере.

Нарастает напряжение в отношениях. Ментальная перегрузка сказывается не только на самочувствии матери, но и на том, как партнеры чувствуют себя вместе. Исследования показывают, что, когда один постоянно думает за всех, а другой даже не замечает этого, между партнерами возникает эмоциональное напряжение. Неравное распределение умственного труда вызывает чувство несправедливости — это приводит к раздражению, обидам и конфликтам.

Ученые не изучали напрямую, как ментальная перегрузка родителей влияет на детей. Но показали: этот невидимый труд — важнейшая часть того, как работает семья. И когда его несправедливо выполняет один человек, чаще мама, это повышает стресс и напряжение между взрослыми. А это уже напрямую влияет на жизнь семьи.

Другие исследования доказали: чем выше стресс у родителей, тем чаще у детей возникают тревожность, капризы, трудности с поведением и сном. Кроме того, когда родитель постоянно перегружен — физически и эмоционально, — у него просто не остается сил на ребенка. Он может находиться рядом, но будет отстраненным, раздраженным, менее отзывчивым.

Главная идея не в том, что перегруженная мама вредит ребенку. А в том, что длительный стресс у взрослого постепенно меняет атмосферу в семье. Именно поэтому исследователи так внимательно относятся к распределению ментальной нагрузки: это вопрос не только справедливости, но и общего семейного благополучия.

Конкретных инструкций в исследовании нет, но из выводов ученых понятно: проблема не в том, что кто-то мало помогает, а в том, что один человек часто остается главным координатором всей семейной жизни.

Поэтому основной вывод: нужно делить не отдельные действия, а полный цикл задачи — от идеи до контроля результата. Вот три примера, как можно перераспределять ментальную нагрузку:

1. Делить по сферам. Например, один родитель полностью отвечает за медицину: врачей, прививки, справки, записи, напоминания. Второй — за школу: чаты, собрания, задания, кружки.
2. Делить по времени. Например, в этом месяце за организацию быта отвечает, один родитель в следующем — другой. Такой подход сложнее, но помогает обоим быть равномерно включенными во все сферы жизни семьи.
3. Делать ментальную работу видимой. Иногда достаточно сесть и выписать все, что мама держит в голове. Обычно список получается неожиданно длинным. Когда этот объем становится виден, можно строить разговор о распределении: мама сама сможет подчеркнуть те зоны, которые готова делегировать.

Скорее всего, распределить ментальную нагрузку идеально поровну не получится: сегодня одному родителю придется взять на себя больше, завтра — другому. Но разговор о распределении планирования и контроля в семье поможет перестать жить в режиме постоянного внутреннего дежурства и почувствовать в партнере опору.